На трансформацию национальной хозяйственной системы России во второй половине XIX - начале XX в. большое воздействие оказали инвестиционные потоки, стимулировавшие становление региональных экономик. Отмечается воздействие активной политики правительства, результатом которой стало изменение внутренних хозяйственных связей и углубление неравномерности экономического развития территорий. Автор показывает, каким образом распыленность ресурсов в масштабах Российской империи привела к ослаблению инвестиционных потоков и предопределила проявление эффекта «масштаба территорий» на Дальнем Востоке и в Средней Азии и появление «очаговой» индустриализации (Урал, Сибирь). Отмечено, что интенсивность инвестиционных потоков, направляемых в регионы, зависела не только от нехватки капиталов в условиях резкого роста потребности в них, но и от снижения экономического интереса центрального правительства к развитию отдельных территорий. Данная ситуация приводила к уменьшению притока капиталов из других регионов России, а также к усилению в приграничных и окраинных регионах значения иностранного и национального (местного) капитала. Обосновывается, что одним из результатов региональных особенностей направления инвестиционных потоков стало и то, что далеко не все присоединенные территории удалось «встроить» в экономическую систему России.
The investment flows which stimulated the development of regional economies had a great impact on the transformation of national economic system of Russia in the second half of XIX - at the beginning of XX centuries. The paper illustrates the effect of the active government policies, which resulted in changes in the internal economic relations and in the deepening of the uneven economic development of the territories. The author shows how the resources’ fragmentation in the scale of the Russian Empire led to the weakening of investment flows and determined the effect of «the scale of the territories» in the Far East and in Central Asia. It also led to the emergence of «focal» industrialization (Ural, Siberia). It’s noted that the intensity of investment flows, directed to regions, depended not only on the lack of capital in the conditions of sharp growth of demand, but also on the reduction of the economic interest of the central government to the development of separate territories. This situation led to the lessening of capital inflows from other regions of Russia and to the increasing the role of foreign and national (local) capital in border and marginal regions. The paper proves that one of the results of the regional features of the investment flows’ direction was the fact that not all incorporated t er r itor ie s h ave be en a c t u a l ly «emb edd ed » i nto the e c onom ic sy stem of Ru s s ia.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.